О`Санчес - Суть óстрова

Неожиданно уволилась Изольда Во. Ничто не предвещало этой неприятности: хохотушка Изольда, как обычно, прибегала на работу без опозданий (мотор себе так и не купила, сказала, что боится аварий), все горело у нее в руках, ни разу не случилось проблем с окружными налоговыми инспекторами, с которыми она, кстати говоря, чуть ли ни со всеми передружилась; Изольда успевала и дочку в детский садик, и отчет для Сигорда, и с Яблонски пофлиртовать, посекретничать… Нет, уволилась… Сказала, что выходит замуж и будет сидеть с детьми, пока с одним, а в перспективе с двумя, с тремя. Конечно, это было досадно, однако не так и страшно: если вдруг Сигорд решится и как в омут нырнет в дела фондовые, биржевые, то… Изольда хорошо, очень хорошо знала свое дело, но звезд с неба не хватала и на дополнительные, не относящиеся к текущему моменту познания отвлекаться очень не любила. Либо ей бы пришлось переучиваться, либо… Да, а Яна Яблонски по настоящему было жалко, старик просто потух, спал с лица; однажды вечером, уже после увольнения Изольды, Сигорду показалось даже, что глаза у Яблонски на мокром месте. Пришел Сигорд «с полей» в контору чуть раньше обычного, не стал обедать – а этот сидит, в платок сморкается, и как-то странно это делает, с подвываниями, а не с хрюканием. Сигорд спросил у него – все ли в порядке? Все в порядке, говорит, матушка только приболела…

Матушка у него приболела… Это нормально – болеть в восемьдесят пять, а по-моему душа у тебя приболела, лишенная последней половой любви… Нет, но такой чуть ли ни негрофоб был поначалу… Премией тут не залечишь. Вот что надо: пусть начнет изучать все эти дурацкие фондовые обычаи, хотя бы поверхностно, хотя бы на уровне общего понимания.

– Серьезно приболела, или так, обычные хвори?

– Так… Да ведь где тут угадаешь на ее годы, какая хворь обычная у нее, а какая… – Яблонски не договорил, но Сигорд понял.

– Все равно сочувствую. Тут я вот что задумал, Ян: помнится, ты рассказывал, что тебе денег нужно чуть ли ни в пятьдесят раз меньше, чем мне. Пока еще я на этот уровень не вышел, но основы договоренного учета пора закладывать. С этой целью наше закрытое акционерное общество будет превращено в открытое акционерное общество. Не только с этой целью, естественно, да другие цели мне пока не сформулировать грамотно, знаний не хватает. Но путь к этой форме собственности и бизнеса долог, и первым шагом будет передача вам, господин Яблонски, двух акций закрытого акционерного общества «Дома ремесел» в вечное и неотъемлемое владение, бесплатно.

– Да-а? Пардон, а на фига они мне?

– Погодите ликовать, народный капиталист Яблонски, ибо где розы, там и тернии от них. Взамен вам придется чуточку поменять профиль ваших профессиональных интересов и не в шутку увлечься фондовым рынком. Мне, для моих будущих дел, нужен живой справочник, по типу сицилийского консильери, понимаешь?

– Консильери? Это что, типа киллера?

– Типа советника и советчика. Принимайся за дело с завтрашнего дня и перестань киснуть, бабья всюду полно. Сам подумай: какая любовь может быть в нашем нежном возрасте? Только секс и дружба.

– Что вы ск…

– Тихо. Грубость моя вынужденная, ибо по-настоящему утешать не умею. Вообще говоря, чувствую в себе столько сил, что и без тебя обойдусь, могу обойтись, но мне бы крайне этого не хотелось, хорошие работящие люди – редкость. А я, мы, уже считай что лишились одного, потому что Изольда, как ни крути, хороший человек.

– Очень хороший!

– И очень теперь от нас далекий. Так что давай держаться вместе и делать это с пользой для кармана и общества. Когда отплачешь свое – свожу тебя в дансинг «Всем, кому за девяносто», там оттянешься вволю и не комплексуя по поводу возраста. Или ты меня свозишь, а я дорогу покажу. Как с мотором-то?

Яблонски дважды шмыгнул носом в сгиб указательного пальца и с усилием улыбнулся.

– Нормально! Трижды уже постовые останавливали. Два раза отбрехался, а один раз пришлось штраф заплатить, по-взрослому. Я теперь даже по незнакомым маршрутам езжу вполне уверенно. Так что милости просим, подвезу куда надо.

– Да я уже и сам с усам, но тоже на штраф нарвался… Вымогают, сволочи, на ровном месте, а всего делов, что проехал три километра по встречной полосе скоростной трассы. – Яблонски рассмеялся и встал из-за стола, заварить себе и Сигорду чаю.

– Так бывает тоскливо на душе, хоть в петлю лезь, а займешь чем-нибудь голову, буквально ерундой какой – и полегчает. Странен человек, нелогичен. Вам два пакетика?.. Хорошо, кладу один.

– Разве? А по-моему, это поступки человека нелогичны, а не он сам. Впрочем, как оно подпирает отчаянием под самое не могу, я очень даже знаю, испытывал. Вот что: ты остаток этой недели и всю следующую выполняешь для меня два дела, помимо обычного круга обязанностей: во-первых, читаешь вволю, чтобы составить себе представление о нашем грядущем бизнесе, а во-вторых думаешь, где нам добыть бухгалтера, или чем его заменить.

– То есть как это – чем заменить? Разве бухгалтера можно заменить?

– Все можно. Пока мы шустрили для города – на все руки молодцы – опытный бухгалтер нам был просто необходим, чтобы не только составлять грамотные квартальные и иные отчеты, но и чтобы минимизировать потери, или, как это нынче модно говорить перед объявлением приговора, в последнем слове подсудимого, «оптимизировать налоги». Теперь же мы сузим сферу нашей деятельности, резко сузим и будем выполнять, с точки зрения бухгалтерии, весьма ограниченный набор типовых операций. Отсюда подсказываю: пошарь, поищи в рекламах услуги фирм, которые составляют квартальные и иные отчеты. Они, конечно, не будут заботиться о нашей налоговой экономии, но мы и сами постараемся не ходить топкими тропами и шаткими мостами. Вот какая у меня идея на этот счет. Что скажешь?

Яблонски зажмурился и отхлебнул. Потом раскрыл всегда удивленные глаза, шумно глотнул, прислушался к чему-то и опять зажмурился. Яблонски всегда делал глоток с закрытыми глазами и редко когда отвечал без паузы в два-три глотка. Сигорд успел привыкнуть к этой забавной его особенности, кстати говоря, далеко не единственной, и терпеливо ждал.

– Сомневаюсь, что в какой-либо сфере, тем более у нас в стране, где-то были отстроены законы и инструкции, работающие на автомате, без смазки, толкований и вил по воде. Но пусть так, я, конечно же, поищу, а значит и найду оптимальную для нас, для наших средств и целей, документоведущую фирму, оптимальную в пределах возможного. По товарным биржам ничего читать не надо? На современных товарных, как слышал, механизмы очень сходные с фондовыми, особенно в закупках контрактов «на срок»?

– Ну глянь, если успеешь. По основной работе дел у нас мало, закончились, как это ни прискорбно, так что у тебя будет время и по товарным, и по валютным зацепить. Но я немного в курсе, о чем ты говоришь, уже ознакомился в общем и целом. Нет, там новичкам без могучих средств и связей делать вовсе нечего, либо это будет просто азартная игра, по типу лото. А нам нужны будут верные барыши, научно обоснованные.

– На бирже??? Научно обоснованные?

– Именно. Ты давай делай, а сарказма у меня своего хватает, я им себя и так каждый вечер грызу.

– Как скоро мы встанем на новые рельсы? Когда будем вносить изменения в Устав? В Уставе придется ведь прописывать не только изменения в составе учредителей, а и сферы деятельности иные обозначить, правильно я понимаю? Лицензию соответствующую получить? И кто мы будем – открытое или закрытое АО?

– Да, понимаешь все как надо. По первому пункту твоего вопроса уточню, что эти изменения касаются в основном Учредительного договора. Что же до лицензий – кое-что я уже прощупал. Купим для начала самую простенькую: чтобы купи-продай, либо по поручению клиента, либо на свой счет. И сертификаты специалистов фондового рынка купим, мне и тебе, безо всяких экзаменов. А всего-то и нужно два сертификата, чтобы фирму зарегистрировать для фондовых дел. На самом деле расходов тьма, но мы рискнем. Сроку нам – месяц на все хлопоты и с июля начнем. Открытое АО для нас чересчур помпезно и дорого, если ты не очень возражаешь – побудем пока закрытым АО, с двумя акционерами в нем и с моим контрольным пакетом акций.

– Послушай, Цугавара…

– Я, господин Президент!

– Не ори, пожалуйста, у меня хороший слух.

– Виноват, господин Президент.

– Понял, прощаю. Значит, сразу скажу: все эти твои эфиопские хитрости в твоем докладе на меня не подействавали. Да, столица, да, назрели, но бюджет мой – не резиновый. Ты знаешь, что я ем простую пищу, не на злате, не на серебре, что в дом с работы не ворую, что все лишние деньги, которые, кстати, и ни пенса не лишние, идут на перевооружение нашей армии и флота, и ты знаешь – зачем они туда идут. Все эти Тэтчеры, Виндзоры, Кромвели обнаглели неимоверно, и они должны видеть, что мы не позволим наступать себе на ботинки, а тем более на них плевать. Ты понимаешь это, или нет?